КОРЗИНА
Мои заказы

Ваша корзина пуста

→  Стоимость доставки

→  Как сделать заказ?

→  Способы оплаты

Ирина Антанасиевич Русский комикс королевства Югославия Издательство: Издательско-Торговый Дом «Скифия» Город, год: Санкт-Петербург, 2018 ISBN: 978-5-00025-150-8 Формат: Увеличенный книжный Тип переплета: Твердый переплет Количество страниц: 240 стр. Возрастная категория: 12+ Цена: 980 руб. бумажная книга В корзину

Ирина Антанасиевич «Русский комикс королевства Югославия»

В межвоенный период 1935–1941 гг. в Европе успешно утвердился новый жанр искусства — комикс. Среди множества его вариаций особое место занимает феномен РУССКОГО КОМИКСА, созданного в Королевстве Югославии русскими эмигрантами — издателями, художниками, сценаристами. 

Этой совершенно неизвестной в России теме посвящено исследование Ирины Антанасиевич, русско-сербского филолога, литературоведа, переводчика, доктора филологических наук, профессора Белградского и почетного доктора Тюменского университетов, волею судеб уже более 30 лет живущей на Балканах.

Историю европейского комикса периода становления невозможно представить без югославской страницы. Комиксы Королевства Югославия переводились и печатались во всех крупных европейских журналах комиксов. Югославия уверенно чувствовала себя в рамках нового жанра, формируя и развивая его. В самой Югославии комикс, появившись на стыке XIX–XX веков, получил развитие в том числе благодаря и тем русским именам, которые составляли его ядро.

Русская эмиграция сделала много для Королевства Югославия: архитектура и мостостроительство, балет и опера, театральное искусство, лесоводческое дело и медицина, машиностроение, наука и философия — всюду встречаются русские имена. А когда речь идет о развитии такого жанра как комикс, то русских имен настолько много, что возникает искушение назвать югославский комикс межвоенного периода русским явлением. Издатели и предприниматели, художники и сценаристы, переводчики и популяризаторы — они составили основу золотого века югославского комикса и внесли в европейский комикс и русские темы, и русские художественные традиции.

От автора:

Название книги, которую вы держите сейчас в руках, не новое: оно уже украшает обложку книги, которая вышла в 2014 году в издательстве «Комико» в сербском городе Нови-Сад. Книга издательства «Скифия» из Санкт-Петербурга должна была быть вторым, расширенным изданием первой книги.

Но на самом деле это отдельная и совсем новая книга. Она лишь сохранила  структуру предыдущей, но рассказанная в ней история комикса, который создавали русские эмигранты в Королевстве Югославия, опирается на новые архивные  исследования. И в этом большая заслуга всех, кто помогал мне в исследовании: М. Ю. Сорокиной (Москва), М. М. Горинова-мл. (Москва), О. К. Земляковой (Москва), К. Зыряновой (Пермь), Т. Ветошниковой (Киев), А. В. Волкова (Пенза), Ч. Кадаманьяни (Италия), И. Франкьена (США), Р. Радженович (Белград), С. Мандича (Белград), А. Арсеньева (Нови-Сад), З. Стефановича (Белград), В. Обренович (Белград), Ж. Богдановича (Нови-Сад), С. Ивкова (Суботица), 
А. Ракезича Зографа (Панчево).

И я надеюсь, что читатель оценит наш труд.

Из предисловия:

Все определения понятия комикса сводятся, по сути, к констатации очевидного: комикс — это повествование в картинках, т. е форма синтетическая и тем  самым сложная для исследования. Поэтому часто исследование комикса распадается на анализ графики комикса (искусствоведение) и анализ текстуальной составляющей (нарратология). 

Описать историю формирования этого вида искусства также непросто: у историков культуры —  свой подход и своя точка отсчета, у исследователей истории журналистики —  иная, историки педагогики, дефектологи, социологи, философы — у всех свое определение комикса, своя точка зрения. А в бытовом общении слово комикс часто воспринимается как:

• — жанр несерьезный, комический (здесь свою роль сыграла этимология слова);
• — жанр «низкого» искусства или форма общения неграмотных или полуграмотных слоев населения;
• — часть американской культуры, которая опирается на зрительные образы, поскольку привыкла воспринимать лишь визуально адаптированный текст, и т. д.

Поэтому многие исследования вынужденно изобилуют определениями сравнительного характера (например, «литература в  картинках», «книжка мультфильмов», «альбом рисованных историй» и пр.), что ошибочно само по себе и о чем предупреждал еще Ю. Тынянов: «Называть кино по соседним искусствам столь ;же бесплодно, как эти искусства называть по кино: живопись — „неподвижное кино“, литература — „кино слова“. Особенно это опасно по отношению к новому искусству. Здесь сказывается реакционный пассеизм: называть новое явление по старым».

Впрочем, с каждым годом интерес к исследованиям комикса растет,  роль визуального восприятия и коммуникация посредством визуальных образов в современной культуре &mdash тема весьма актуальная, поскольку визуальность лежит в основе современной эстетики: «Визуализировать невизуализированное — в этом сегодня заключается художественность» (Ли Д., Заяц Е. Увидеть невидимое: визуальная культура и визуальная антропология // Новое литературное обозрение. 2004. № 66).

Анализируя это явление, некоторые исследователи склонны к категоричным высказываниям, мол, «наша культура как бы возвращается от „гуттенберговской“ цивилизации, основанной на книге, к „цивилизации картинки“, где ведущую роль начинает играть визуальное восприятие». И даже: «Создается впечатление, что, однажды использовав рисунок как отправную точку для формирования алфавитного письма, человечество веками оттачивало последнее, чтобы на определенном этапе своего развития вновь обратиться к первоисточнику, начать обратное движение от цивилизации пишущей и читающей к цивилизации создающей и потребляющей зрительные образы». Вплоть до совсем категорического: «По ряду многих причин сегодня бытие делогоцентрируется, происходит визуализация мира. Текст заполняется изображением. Это не ново для культуры, но современные технологии во многом фатализируют этот процесс… Наступает эпоха нового перцептуального вызова, обновление существующих категорий во имя грядущей визуальной революции».

Исследования визуального текста невозможны без исследования истории комикса. А историю комикса невозможно понять вне исследований его поэтики, поскольку только тогда можно выделить тот ключевой компонент комикса, который бы позволил сформулировать разницу между:

• — предкомиксовыми формами (или так называемыми протокомиксами,
• — собственно комиксом (т. е. тем видом последовательного «рассказа в картинках», который существенно отличается от понятия иллюстрации, и по меткому выражению А. Барзаха, являет собой вид «повествования картинками, которые „иллюстрируются“, по необходимости, вспомогательными текстами».
• — посткомиксом (современным американским комиксом, европейским BD, азиатскими гэкига и другими национальными формами рисованных историй, авторским графическим романом/новеллой, стрипом как короткой формой рассказа в картинках и пр.),
• — метакомиксом (теми культурными феноменами, которые возникали или возникают в виде синтеза текста и изображения, обладают фрагментарностью и повествовательностью и имеют специфическую функциональность).

Все эти формы, как мы уже отметили, сложно детерминируются, плохо поддаются анализу, а постоянные инновации внутри самого явления делают невозможным установление прямой генетической связи между нынешним комиксом и теми формами рисованного сюжетного рассказа, который бытовал (до него непосредственно и на протяжении веков вообще) или бытует и сейчас, но комиксом считаться не может. <...>

Рекомендуем обратить внимание на лучшие произведения современной сербской литературы на русском языке:

книги серии "СЕРБИКА"

книги серии "Славянская карта"